Войти

Слава богу, он ушёл

tret

Если вдуматься, то советское государство было очень даже рыночным. С одной стороны, власть настаивала на участии населения в достаточно бессмысленных фигурах «марлезонского балета» вроде разнообразных видов борьбы - за мир во всем мире, за урожай, за выполнение продовольственной программы и тому подобных вещей, а также требовала не возмущаться и не обсуждать вслух глупостей происходящего. Но с другой - предлагала за это более чем достойную плату: реально бесплатные (и неплохие!) образование и медицину, социально-имущественное равенство и многое другое.

В современной же России ситуация принципиально изменилась и многочисленные законы «о монетизации» наконец-то позволили понять истинный смысл недавно прошедшего «Дня независимости России». До этого многие терялись и не могли понять - кто от кого как и зачем «независим»? Теперь очевидно - это день взаимонезависимости государства и населения. В том смысле, что население государству должно все, а государство населению - ничего. Сомневаетесь? Да посмотрите хотя бы официальное российское определение налога: «Налог - это обязательный индивидуальный безвозмездный платеж...». Ту даже и переводить особо не нужно: вы нам должны дань за право существования на контролируемой нами территории, а уж как мы ею распорядимся (т.е. кто и как попилит бюджет) - не ваше холопское дело. Или вспомните сакраментальное «заплати налоги и спи спокойно». Не: заплати налоги - и будут тебе хорошие школы, дороги, больницы - нет, просто необязательное обещание: тогда, может быть, мы тебя ночью грабить не придем.

Понятно, что подобная система взаимоотношений населения и российского государства похожа скорее на феодально-рабовладельческую конструкцию, нежели на демократически-рыночную, а, следовательно, у нас нет никаких обязательств не трогать святые тотемы современных властителей. Поэтому - тронем. Ну, например, «иностранные инвестиции», тезис о безусловных пользе и необходимости которых нам предлагают признать аксиоматическим, и, следовательно, ради них нужно платить любую цену и идти на любые жертвы. Вообще-то в общем случае иностранные инвестиции экономически полезны, когда приносят то, чего не хватает - деньги или технологии, либо создают производства в депрессивных регионах, оживляя налоговые поступления и ликвидируя безработицу. Политическая польза - естественно возникающий «пакт о ненападении»: если бизнесмены двух стран обменялись инвестициями, то уж они приложат все усилия, чтобы, в ходе которого их собственность может пострадать, не случилось.

Но, поскольку в настоящее время «горячая война», слава богу, не предвидится, политический аспект населению российскому - до лампочки. Что же касается экономического - посмотрим хотя бы на уже пришедшие в Санкт-Петербурге иностранные торговые сети. Торговля, слава богу, и без них хорошо развивалась, особенно силами малых предпринимателей (что-то, а уж торговать русские умеют). Нет, надо было пригласить сетевиков, и ради чего? Цены? В той же Германии они на продовольствие в 1,5-2 раза ниже (и неудивительно; в Европе наценки на основные продовольственные товары не превышают 25%, у нас же, как выявил визит премьера в «Перекресток», и 120% - не предел). Налоговые поступления? Но, во-первых, иностранец всегда платит налогов меньше, потому что облагается ими еще и по месту рождения; и, во-вторых, прибыль-то из страны вывозится. Качество? Об этом уже все сказано. Новые технологии обслуживания? Это - да, что есть, то есть. Например, в магазинах крупнейшей городской торговой сети (той, что из Голландии) вам всегда могут любезно предложить вместо жалобной книги мордобой. Общий итог: ради иностранных торговых сетей разгромлено 40.000 торговых объектов малого бизнеса (значит, минимум 200.000 структурно-безработных), индекс промышленного производства в городе в прошлом году упал почти на четверть (потому что по очевидным причинам каналы сбыта для российской продукции перекрыты), организованы специальные шоп-туры, по которым домохозяйки массово ездят в Финляндию «за едой» (соотношение «цена-качество» оказываются настолько выгодным, что окупает и транспортные и визовые расходы), бюджет города становится дефицитным. Риторический вопрос: и что же выиграло население Санкт-Петербурга от «иностранных инвестиций» в лице транснациональных сетевых торговых корпораций?

Посмотрим другие отрасли - например, хлебопекарную и пивоваренную (первая, как известно, почти полностью в городе принадлежит иностранцам, а собственно российского пива в России еще меньше - 0,4%). Почему ни в одной стране мира хлеб не черствеет и не плесневеет в течение двух дней, а у нас это норма, да к тому же он чуть ли не самый дорогой в стране? Специалисты тихонько подсказывают, что дело - в многочисленных технологических нарушениях, потому что сверхприбыли нужно извлекать здесь и сейчас, а аборигены и так сожрут - деваться им некуда. Что же касается пива, то любой, имевший возможность сравнить оригинальные марки (ну, например, Heineken или Carlsberg) и то, что под этим же названием производится у нас в стране, подтвердит: разница, как между «Порше» и «Окой». По одинаковым ценам, кстати.

Что еще? Широко рекламировавшийся «автокластер»? Опустим даже факт, что инженерная подготовка территорий для «автогигантов» делалась за счет городского бюджета (а это - сотни миллионов долларов). И что получили - 500 сверхэксплуатируемых рабочих мест на «Форде», что дает многочисленные скандалы (напомню - только в малой торговле их ликвидировали свыше 200.000)? Новые технологии? Так все эти автоинвесторы под любым предлогом отказываются локализовывать производство, сохраняя его в качестве сборочных цехов устаревших моделей. (Появился даже анекдот: «Автоконцерн имярек в два раза увеличил уровень локализации своей продукции: теперь в автомобиль вместо четырех ковриков российского производства кладется восемь»). Кстати, автокластер - вообще идея достаточно сомнительная: ставший таковым Детройт одновременно оказался и самым неуспешным и неудобным для жизни американским городом.

Но - «раз ПЭФы проводят, значит, это кому-то нужно?». Конечно - именно тем, кто именует себя «элитой». Во-первых - повод самодовольно надувать щеки - «у нас не хуже, чем у людев». Во-вторых, иностранные инвестиции - всегда повод коррупционно пощипать иностранных инвесторов (достаточно вспомнить недавнюю историю с концерном «Даймлер»). В-третьих, это выполнение своих политических и экономических обязательств перед «элитами» тех стран, где наша «элита» держит свои активы, развивает свой бизнес и вообще рассматривает как постоянное место жительства после окончания вахтовой работы по разграблению страны. В-четвертых, некая политическая гарантия сохранности этих активов: затей там кто-нибудь расследование - а честным ли путем ты заработал деньги, на которые приобрел замок - всегда есть возможность симметричного ответа путем разгрома российских активов «иностранных инвесторов».

Понятно, что во всех этих резонах общественного интереса - ноль, а с учетом тех неудобств, проблем и бедствий, которые ПЭФ в частности и иностранные инвестиции в целом несут Санкт-Петербургу и стране, все это материализуется в весомую отрицательную величину.

Теперь - о некоторых конкретных результатах ПЭФа для Санкт-Петербурга. Например, как величайшее достижение объявлено подписание контракта о переводе всех судостроительных мощностей в Кронштадт. Конечно, выгода строительных олигархов понятна - они смогут застроить освобождающиеся в центре города от Адмиралтейского и Балтийского заводов площади очередными «элитными» домами (где и 70.000 долларов за квадратный метр - не предел). Но стесняюсь спросить - а судостроители с «Северной верфи» (бывший завод им.Жданова, Кировский район) тоже туда будут ездить? Очень удобно - как раз весь рабочий день на дорогу и уйдет. Или их сделают безработными, а всех кронштадтцев «добровольно-принудительно» превратят в корабелов? Или, вообще понастроят общежитий, которые заполнят рабочей силой из южных и юго-восточных стран? А кронштадтцы этому порадуются? И тому, что неизбежно превратятся в моногород сродни Пикалево с перспективой подобной же судьбы? Тем более, что, в соответствии с устройством городской власти, все налоговые поступления заберет Смольный, а сколько даст назад и даст ли вообще - вопрос темный и публичному обсуждению не подлежит.

Или другой пример - Орловский тоннель. Нельзя ли было организовать подписание как-нибудь потише? Без безумных трат на авральный дорожный ремонт и «разгон облаков» (списанный, правда, на нужды школьников)? Без сумасшедших пробок и вызывающих уже озверение кортежей с мигалками? Без расходов на «губернаторский прием»?

Единственный «луч света в темном царстве» - это речь нашего президента, призвавшего, в том числе, к уходу чиновников из экономики, снижению монополизма, адекватной оценке перспективы сохранения американского лидерства и эгоизм финансистов, etc. Боюсь, однако, что практическая реализация его программы повторит судьбу не менее хорошей программы коренной модернизации общества, принятой на XXII съезде КПСС. Тогда, как известно из советского анекдота, «по просьбам трудящихся» вместо обещанного в 1980-м году коммунизма провели Московскую Олимпиаду. Я долго терялся в догадках - вместо чего же будут проводить Сочинскую? Теперь, боюсь, это становится ясно. 

М-да. По совокупности результатов от этого «главного события года» остается одна эмоция - слава богу, он ушел. И хорошо бы - навсегда. По крайней мере, пока во главе угла будут стоять интересы «элит», а не народа.   

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

РЕКЛАМА: